Архив

Архив раздела ‘История’

Продажа имущества в браке

Продажа имущества в бракеПродажа старой квартиры и приобретение нового дома во время брака. Ситуация Оксаны сейчас очень популярна потому, что разводов в России стало очень много, что не бывало раньше.

Я замужем 5 лет, есть ребёнок от этого брака. До замужества я приобрела квартиру, Читать далее…

Читать далее…

Победи себя

Победи себяГитару я купила ещё в институте на 5-м курсе. Вместе с другом — профессиональным музыкантом — мы обошли абсолютно все музыкальные магазины города, пока, наконец-то, не нашли именно то, что нужно. В свой инструмент я влюбилась с первого удара по струнам… С тех пор у меня появилась мечта: на какой-нибудь посиделке с друзьями выйти из-за стола, взять любимую гитару и сыграть старинный романс «На заре ты её не буди» по вариации Иванова-Крамского. Много раз я мысленно представляла себе, как поборю застенчивость, « дрожь непослушных пальцев, и, с уверенностью взяв первый аккорд, спою бессмертные строчки Фета чистым не сбивающимся сопрано. Читать далее…

Читать далее…

Что посетить в Париже

Что посетить в ПарижеЭтот город соответствует любому настроению и желанию: он такой, каким вы хотите его видеть… Романтичный для счастливых влюбленных, давящий одиночеством и грустью для тех, кто потерял свою половинку, рай для шопоголика, мекка для любителя искусств, средоточие соблазнов для гурмана…

Где поселиться

Бытует мнение, что Париж — дорогой город. Ну если не сравнивать с Моск­вой, конечно! Читать далее…

Читать далее…

Любовница, невеста и жена

Любовница, невеста и женаВообще-то эту фразу не я придумала. Это шансонье Михаил Шуфутинский пел, правда, без вопросительных знаков. Через запятую. А вопросы уже я поставила, позже поймёте почему.

Помните некогда популярную песенку, а к ней клип: шикарная блондинка с идеальными параметрами, сексуально затянутая в кожу, быстро бегает, метко стреляет, лихо вызволяет из неволи любимого. А потом, перевоплотившись в одночасье из женщины-вамп в нежную трепетную лань, идёт под венец. Весь этот «экшн» сопровождается душевным: «Любовница-а-а… Невеста-а-а… И жена-а-а …» Читать далее…

Читать далее…

Любовь или мечта

Любовь или мечтаОднажды я стала невольной свидетельницей разговора моей мамы с ее сестрой, которая была у нас в гостях. Они вспоминали друзей своей молодости, родственников, подруг… И вдруг тетя, всплеснув руками, с жаром произнесла: «Совсем забыла тебе рассказать про нашу Татьяну «канадскую». Представляешь, она узнала, что у Юрки умерла жена, и теперь во что бы то ни стало хочет встретиться с ним и выйти за него замуж!» Читать далее…

Читать далее…

Как по маслу

Театру драмы и комедии, расположенному в трёх кварталах, имеет смысл сократить название до «театра комедии»: всем, кто жаждет драмы, добро пожаловать в наш дом.
Прямо у входной двери вас встретит спаниель Кузя, милый до самоизумления. Кузя обнюхает гостя, повертит хвостом, чтобы тут же им повернуться к визитёру и взирать на себя в зеркало, дружелюбно не то скалясь, не то улыбаясь. Спаниель продаст собачью душу всем, кто скажет: «Кузя, какой же ты красавец!» Поэтому он с потрохами принадлежит моей свекрови, Людмиле Семёновне. Меня же, невестку, жену и мать Кириллки, Кузя вряд ли принимает за хозяйку в частности и человека вообще. Я — источник корма в миске, косточек под столом и воплей: «Кузя, чтоб тебя!.. Неужели нельзя было до прогулки потерпеть!»
Затем навстречу выплывет кот Барон, посмотрит оловянными глазами и снова уплывёт. Барон попал в наш дом котёнком: Кириллка отбил его у враждебно настроенной дворняги. С тех пор котёнок вырос, выработал королевскую вальяжность, но не может оклематься от пережитой трагедии — ест и спит.

Следом выскочит Кириллка — самый солнечный и светлый ребёнок во Вселенной. Ему 11 лет, он всё время болтает, хохочет, вертится и скачет на одной ножке. Сын вслед за спаниелем не признаёт во мне представителя власти, я — лучший друг, но порой главный враг — в момент проверки уроков и чтения нотаций.
Если повезёт, увидите нашего папу. Костя продефилирует из кухни в спальню с тарелкой еды. Или назад с опустевшей посудой. Или подаст голос: «Где пульт от телевизора?!.»

Папа у нас золотой: работает сколько надо, ест что дают, одевается как скажут -идеальный сын Людмилы Семёновны и отец Кириллки. Люблю его, потому что муж.
А теперь кульминация: явление Люд­милы Семёновны перед гостем. Она — в плюшевом халате, гости в священном оцепенении.. Свекровь — хозяйка, владычица всего и повелительница всех, пользуется бесспорным уважением, так как — «жизнь прожила» и «людей насквозь видит». Её несгибаемая- позиция: сын мог выбрать получше себе жену, а Кириллке — мать. Насчёт последнего я не уверена, но «вторая мама» умеет виртуозно обижаться в случае противоречий. Она скорбит во весь рост, от плюшевого халата исходят волны трагедии, звучит дрожащий голос: «Где мой тонометр и валерьянка?»
А я просто выйду вам на­встречу, предложу тапки, спасу от притязаний Кузи, шлёпну пониже спины Кириллку и спрошу гостя: «Чаю? На кухне сядем или в комнате?..»

А вы скажете: «На кухне! Чаю! Спасибо за тапочки!.. Какая у вас дружная замечательная семья!»
А где же трагедия, спроси­те вы. Как в настоящем театре — за кулисами, скрыта от глаз зрителей и гостей.

Замечательной дружной семье страшно не повезло 12 лет назад: у них появилась я. Лимитчица-студентка, которая позарилась на золотого — мальчика, испортила ему всю жизнь, захомутала — по версии Людмилы Семёновны. Если же верить «золотому мальчику», я — «солнышко, счастье и радость, умеет готовить лучшие котлеты и не ругает за разбросанные носки!» Но всё это Костик предпочитает озвучивать шёпотом, чтобы не идти вразрез.с маминым мнением, не то она обидится и продемонстрирует величавую плюшевую спину.

Если верить в реинкарнацию, то в прошлой жизни, вероятно, я была палачом или полководцем, загубившим пару континентов: иначе не объяснить чувства свекрови ко мне. Готовлю ли я окрошку, жарю ли карасиков или отвариваю «нейтральные» вареники — свекровь уверяет всех, что я задумала массовое отравление одним только запахом пищи. Оказывается, мне нельзя доверять чистить сантехнику, мыть окна, выносить мусор — останутся разводы, потёки, следы или хотя бы неприятные воспоминания. Так же, по версии того же информатора, я крайне плохо справляюсь с пылесосом, салфетками для пыли, духовкой, мухобойкой ввиду врождённого дефекта — рост рук не оттуда. И вообще мои родители, наверное, не нарадуются, что «сплавили кровиночку с глаз подальше!»
«Это несправедливо, неправда, не­верно!» — отвечаю я на все обвинения. Потому что убираю, стираю и готовлю в этом доме только я. Потому что мама с папой, оставшиеся в маленьком городке за тридевять земель, вовсе не радуются моему отсутствию: папа скучает и пишет подробные письма про рост пенсии и картошки, а мама звонит и старается не плакать.
Но почему я отвечаю Людмиле Семё­новне только шёпотом или мысленно?

Иногда в нашем доме случаются «водяные перемирия». Людмила Семёновна ужинает «чем Бог послал» (точнее, я приготовила) безмолвно, не ищет невидимую пыль на мебели путём протирания поверхностей пальцем, не отпускает едкие комментарии по поводу воспитания (точнее, тотальной невоспитанности) Кириллки. Молча носит плюшевый халат и питательную маску на непроницаемом лице. В такие дни Кириллка выдаёт зараз три суточные нормы говорливости и скачков на одной ножке: «У бабули хорошее настроение!»

А наш золотой папа становится смелее в супружеских ночных притязаниях, заводит разговоры о покупке новой машины и чаще смеётся. «Здорово, что ты наконец-то подобрала к маме ключик! Она хорошая, только судьба у неё тяжёлая. И ты хорошая. И терпеливая. Я тебя люблю… А куриные котлетки завтра сделаешь? С картошкой-пюре!»
Кот Барон в эти дни ещё вальяжнее, прожорливее и сонливее. Иногда дрёма срубает Барона прямо возле миски с кормом, но преимущественно, пользуясь благоденствием, он спит в нашей постели.
А спаниель Кузя никак не реагирует на временную капитуляцию бабушки. Этому нарциссу для безмятежного счастья хватает собственного улыбающегося отражения. Мажор!..

Солнечный период заканчивается внезапно. Плюшевая фигура настигает с тыла, когда я стою в ванной, и молвит: «Что-то ты, голубушка, сдала. Удивитель­но неэстетичный тип старения! Посмотри, как щёки-то обвисли…»
Плюшевое существо уходит, а я без­звучно произношу злое слово. И мечтаю научиться спать, как летучая мышь, голо­вой вниз, чтобы поползшие щёки вернулись на «историческую родину». Или хотя бы отменить возраст и гравитацию.

На работе сегодня был аврал: колле­га-менеджер сошёл с ума, нагрубил начальству, бросался на заказчиков и разве что не лягался. Начальство в профилактических целях «выписало шейной мази» всему отделу — домой я пришла в самом фашистском настроении.
Тут же выяснилось, что рафинированное подсолнечное масло закончилось, осталось только пахучее, а Кириллка буквально на дух его не переносит.
Я вздохнула, глотнула воды и крикнула: «Кузя! Собирайся, в магазин пойдём, заодно выгуляю тебя!» Кузя медленно, как в рапиде, вышел из спальни и страдальчески сморщил собачий лоб. Покаянный вид мог означать только одно: он уже решил свои проблемы где-нибудь в квартире, вскоре мы найдём следы «мокрого дела». Кузя раскаивается и горько сожалеет о содеянном, но время не повернуть вспять…
— Эх ты, собачья морда! — в сердцах сказала я, Кузя медленно потопал в спальню, видимо, умирать или хотя бы дремать со стыда.
— А что удивительного? — на частоте ультразвука произнёс возникший в коридоре плюшевый халат. — Ребёнком и питомцами никто не занимается, дом заброшен, пока некоторые прохлаждаются!..

— «Некоторые» — это кто?.. — понимая, что лечу в пропасть, не смогла я вовремя притормозить, — Людмила Семёновна, не на меня ли вы намекаете?
— А хоть и на тебя? — вульгарно возразил халат. — Кто ты такая в этом доме, чтобы перечить мне?
— Кто я такая?.. Кто я такая, да? — бес­сильно запричитала я. И вдруг осела на топчан в прихожей: — Да в сущности никто. Та, кто вам готовит и за вами убирает. Собирает носки и чай подаёт. Вы и без меня неплохо справитесь, ничего, съедите салат с пахучим маслом, целее будете!..
Я резко повернула ручку двери, наки­нула куртку и выскочила. Последнее, что услышала: «Ма-а-ам, мороженого купить не забудь!» Кириллка был в своей комнате и не заметил конфликта.

— Хорошо, — машинально ответила я. Спустя мгновение, уже на лестничной
площадке, в руках обнаружился пакет с мусором — и всё. Хлоп-хлоп по карманам куртки — только завалявшаяся карамель­ка да несколько рублей. Ни мобильника, ни ключей.
Да уж, вернуться в дом, где мне толь- ко что указали место, точнее, его отсутствие, проблематично.
«А и ладно! — подумала я с отчаянной злостью, — пойду гулять!»

Прогулка по ночным улицам, когда официальная зима ещё не сдала пози­ции, — это подвиг. Или дикая глупость. Я отнесла мыльный пакет по месту назначения, обошла наш квартал три раза, надеясь встретить Костика, купить рафинированное масло и вернуться домой на законных основаниях под руку с золотым мужем. Но, видимо, по случаю пятницы Костик не торопился…
Ещё круг возле квартала, быстрые набеги в магазины — погреться, снова морозные объятия ночи…
.Когда улицы опустели, стало невы­носимо жаль себя — родители далеко, домочадцы обо мне забыли, пёс и кот не слушаются, свекровь видеть не мо­жет. Забежала в круглосуточный магазин, зачем-то купила правильное масло, сунула бутылку в карман куртки. И снова пошла гулять…
В родной подъезд я попала утром, когда пенсионер-собаковладелец повёл питомца на прогулку. Позвонила в дверь, открыл Костик:
— Где ты была? — ошарашено выдохнул он.
— За маслом ходила, — бухнула ёмкость на стол и пошла спать.

— Тихо ты, малахольный, не ори, мама спит, — сквозь дрёму слышу я. От­крываю глаза — за окном вовсю шпарит солнце. Рядом с кроватью на полу сидит смирный Кузя, скалится фирменной улыбкой, дескать: «Ну скажите, какой я красавец!» На кресле нахохлился кот Барон, мол: «Я страшно недоволен. Из-за вас нервничаю, теряю шерсть, покой и сон! А ты где-то шляешься по ночам!»

На кухне сдавленный шёпот:
— Бабушка, можно и с пахучим маслом! Я съем всё до крошки, только что­бы мама не уходила!
— Эх, да не уйдёт твоя мамка! Вот дурища-то… — отвечает Людмила Семё­новна.
И вдруг как гром среди ясного неба:
— Мама, я тебя люблю и уважаю, но впредь выбирай выражения, если гово­ришь о моей жене и матери своего внука. Между прочим на ней дом держится!
— А я что, я ничего, Костенька, ну что ты на мать обижаешься?.. Знаешь же, что у меня характер дурной, сама всю жизнь маюсь.
— Вот-вот. Нежелательно, чтобы из-за него ещё и мы маялись…
Костя заходит в спальню: «Малы-ы-ыш, ты уже проснулась? Вставай, гуляка, пойдём сырники есть!»
Мы с Кузей отвечаем совершенно одинаковыми улыбками.

Читать далее…